Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава

Натурализм — не сумма отдельных признаков. Это определенная концепция мира и человека. Проявился ли он в Рф как способ и система? На этот вопрос положительно ответить нельзя.

О близости Достоевского и Золя писалось не один раз. «История одной семейки» в «Братьях Карамазовых», как показал Б. Г. Реизов, почти во всем построена по Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава схеме истории Ругон-Маккаров: схожую роль у обоих писателей играет неувязка наследственности и среды; герои Достоевского упоминают в собственных дискуссиях даже имя К. Бернара. Но оказывается, что, затронув те же вопросы, что и Золя, Достоевский использовал их для борьбы с натуралистическим осознанием человека.[114] Схожие мотивы и темы Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава (семья, наследственность, среда) имели у российского писателя сначала нравственно-психологический и национально-исторический смысл; и в этом собственном качестве они противостояли «золаизму».[115]

Аналогичное явление — позже творчество Тургенева. Г. А. Бялый внушительно показал, что его «таинственные повести» отмечены чертами, свидетельствующими об ориентации на естественнонаучный позитивизм.[116] Но эти повести никак нельзя включить в Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава ряд произведений натуралистических, они так и остались «таинственными», дав «иррациональные», по терминологии Золя, и недетерминированные разъяснения «событиям личной и социальной жизни».

Можно отыскать много точек соприкосновения творчества Чехова с натурализмом. Чехов не раз гласил, что задачка художника — вылечивать социальные заболевания и что она выполнима, если писатель правильно Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава установит диагноз.[117] Чехов близок к натурализму не только лишь терминологически. Он был доктором и признавал, что способ естественных наук имел для него как литератора существенное значение. В этой связи можно вспомнить и об объективности Чехова, и об интересе его к «мелочам жизни», и о его недоверии к социально-политическим и философским системам Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава. Естественные науки стали опорой реализма Чехова, но он не мог принять натуралистического тезиса о био детерминированности людского поведения. Герой Чехова всегда, по последней мере потенциально, стремится к освобождению от власти среды, обычного порядка вещей; трагизм его существования — от неумения перевернуть свою жизнь, сделать ее лучше, счастливее, от пассивности Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава его воли, но эта пассивность никак не прирожденное свойство людской природы.

Примеров такового рода можно привести много, и они все будут свидетельствовать о том, что в качестве нового литературного течения натурализм в Рф распространения не получил и получить не мог.

В 60–80-х гг. Наша родина, как и Западная Европа Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, переживала период насыщенного развития естествознания. «Рефлексы головного мозга» И. Сеченова, эволюционная теория Ч. Дарвина определяли в то время уровень научного мышления интеллигенции и оказывали свое воздействие на все сферы жизни, в том числе и на эстетические мнения эры. Идеи научной психологии и физиологии, эволюции и детерминизма в мире Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава природы стали так всераспространенными, что должны были просочиться и просочились в литературу, вызвав конфигурации в художественной структуре российского реализма.[118] Естественнонаучный материализм, ставший основой миропонимания шестидесятников, крепко вошел в сознание российской интеллигенции. Народнические теоретики поставили в центр собственных программ задачи исторического прогресса. Да и эти программки разрабатывались на базе естественнонаучных данных (Н Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава. К. Михайловский, П. Л. Лавров), которые специфично переосмыслялись в согласовании с чисто русскими особенностями общественно-исторического развития. Народничество испытало наисильнейшее воздействие позитивизма, но, как установлено в трудах русских историков российской философии, в Рф «просто не было такового периода, когда позитивистская философия, взятая в комплексе ее главных особенностей Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, оказалась бы идеализированным, мыслительным аналогом эры Философская деятельность естествоиспытателей благодаря ряду моментов могла бы вылиться в позитивистское направление, но на самом деле она перевоплотился в направление, близкое не позитивизму, а антропологическому материализму».[119]

Российские писатели использовали успехи естествознания, ибо были детерминистами, но сразу они вольно либо невольно вступили в Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава полемику с натурализмом, потому что в центре их внимания остро стоял вопрос о личной вине человека, о его совести и нравственной ответственности; в поисках решений они сначала обращались к человеку, наделенному персональной волей.

Резкое обострение противоречий в капитализирующейся Рф рождало чувство катастрофичности мира, сеяло неуверенность, ужас и сомнения. Но сразу росло Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава убеждение, что жить, не разрешив соц противоречий, больше нельзя, что нужно отыскать выход, найти правду и обрести уверенность в дальнейшем. Человек воспринимался как подчиненный определенному порядку вещей и сразу как существо духовное, наделенное совестью, способное нравственно перестроить себя и мир. То было время обостренного внимания к этическим вопросам, к Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава построению нравственно-утопических концепций. Как следствие этого появилось желание опровергнуть мировоззрение о незыблемости детерминизма, утвердить веру в человека с его личным сознанием и свободной волей, с его способностью основать будущее на началах нравственного преображения. Этой направленностью российская литература не могла не противостоять натурализму с его неминуемым сведением духовной Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава жизни человека к психофизиологическим и соц причинам и в конечном счете невольным признанием неспособности его к сознательной исторической деятельности.

Натурализм не только лишь не привился в российской литературе; он не стал даже ее периферийным явлением, о чем свидетельствует творчество Боборыкина, которого критика рубежа веков и современное литературоведение неоспоримо, но без достаточных Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава оснований относят к писателям-натуралистам.

Петр Дмитриевич Боборыкин (1836–1921) был активным поборником позитивизма и издержал как критик много сил на то, чтоб познакомить российского читателя с теорией и произведениями французских натуралистов. Его собственное творчество отмечено рядом особенностей, которые свойственны для эстетики Золя. Выступая в защиту научного способа Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава (см., к примеру, статью «Писатель и его творчество» в журнальчике «Наблюдатель», 1883, № 11–12), Боборыкин пришел к «эмпирии факта», к объективизму и стал объективным регистратором и хроникером российской жизни. Его позиций свойствен принципный антипсихологизм, отрицание какой бы то ни было тенденциозности (под ней предполагалась личная позиция создателя), ориентация на науку, на «исследование» российской жизни Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава в тот либо другой период.[120]

И все таки был ли Боборыкин теоретиком российского натурализма и вправду ли привнес принципы натуралистической эстетики в свое творчество? Сам писатель опровергал это, утверждая, что натурализм, ратующий «за правду изображения, за бесжалостный реализм подробностей», впадал «в односторонность в собственных взорах и теориях»; что все-таки Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава касается его самого как писателя, то он «задолго до возникновения романов Золя» был «несомненным реалистом» и не изменял избранному пути.[121]

Эстетическая программка Боборыкина вправду отличается от мыслях Золя — и сначала поэтому, что неувязка естественнонаучного детерминизма не играет у российского писателя сколько-либо значимой роли. Он в Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава большей степени социолог, интересующийся социально-бытовой стороной жизни, публичными настроениями в их сиюминутном и повсевременно меняющемся выражении. Он хлопочет о расширении «пределов» изображаемого для того, чтоб сделать художественное произведение оперативным инвентарем отражения развивающейся реальности. Но если это так, тогда система Золя распадается, ибо из нее изымается одно из главных ее положений Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава — мысль био детерминизма и естественнонаучный способ.

Боборыкин — не литератор-естествоиспытатель, а сначала журналист, хроникер, который стремится просочиться во все пласты жизни и точно воспроизвести их в бытовом и идейном выражении. Боборыкин вроде бы остается на «поверхности факта» и торопится угнаться за стремительно текущей жизнью; это делает его копиистом, фотографом Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, реалистом, к которому не приложимо определение «критический», да и наименование «натуралист» не подходит, ибо еще меньше объясняет сущность его творчества. Заметим, что романы Боборыкина воспринимались современниками в русле эстетических веяний, которые получили распространение в российской литературе 2-ой половины XIX в., а не как вариация «экспериментального романа» Золя.

Боборыкин начал собственный Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава творческий путь в 60-е гг. и скоро заполучил известность как плодовитый создатель романов, повестей, рассказов и критичных статей, как публицист, переводчик, драматург и редактор. Но фуррор пришел к Боборыкину тогда, когда им были написаны произведения, закрепившие за ним репутацию писателя-публициста, социолога и хроникера российской жизни Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава.[122]

Общая тенденция творчества Боборыкина наглядно проявилась уже в романе «Китай-город» (1883). Создатель воспроизводит картины жизни различных слоев буржуазии и дворянства, тщательно характеризуя их быт, характеры и настроения. Этим картинам в романе отведено ведущее место, и только в последних (4-й и 5-й) частях «Китай-города» они сопровождены описаниями событий, которые приводят Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава к развязкам сюжетных ситуаций. Такое рассредотачивание материала отвечало главной задачке создателя: сюжету отведено второстепенное место, романист должен сначала воспроизвести точную картину эры. Роман перенаселен героями, любой из которых описан очень кропотливо. Писатель не запамятывает об обстановке его дома, о его одежке, его манере ходить и говорить. Герои эти посещают Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава театры, трактиры и магазины, занимаются коммерческой деятельностью и управляют фабриками. Читатель выяснит о ценах, о модах и фаворитных книжках, о репертуарах театров и ресторанных меню. Для Боборыкина принципиальна такая — практически этнографическая — точность, ибо в этих мелочах жизни наглядно появляются соответствующие признаки времени, принципиальные для воссоздания социально-бытовой картины данного Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава исторического момента в жизни того публичного организма, который назван «Китай-городом», — купеческой Москвы начала 80-х гг.

Боборыкин считал, что, явившись результатом «наблюдений над новым купеческим миром», его роман поменяет в сознании читателей купеческую Москву Островского и создаст новое отношение к «московской буржуазии».[123]

Примечательна общая тенденция боборыкинского романа: любая сцена Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, каждое описание, все признаки времени и судьбы всех изображенных героев демонстрируют, что преуспевающий в собственных делах буржуа везде теснит дворянина. Он меняет самый вид жизни, привнеся в нее свою мораль, свои вкусы, собственный взор на жизнь и свои эталоны. Боборыкин подметил к другое, более свойственное явление: происходит обуржуазивание части дворянства, не Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава захотевшей утерять свои командные позиции. Палтусов, главный герой «Китай-города», пробует соответствовать времени, не отказавшись при всем этом от собственного дворянства. «Одно спасение — обучаться у негоциантов и сесть на их место», — заявляет он.[124]

Показательна и авторская позиция. Боборыкин нигде прямо не высказывает собственного представления о том, что попадает в Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава поле его зрения. Он принципный наблюдающий и объективный хроникер: в том, что он обрисовывает, есть дурное и не плохое, здоровое и нездоровое, дикое и культурное, есть авантюризм, грабительство, но есть и честность, трудолюбие, неплохой расчет. Создатель не выражает сострадания ни одной из мыслях. Одна и та же тенденция Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава жизни стает в романе привлекательной либо мерзкой, добродетельной либо аморальной зависимо от нрава личности, которая эту тенденцию воплощает. И если читатель принимал «Китай-город» как роман буржуазный, т. е. приемлющий новый для Рф уклад жизни, то причина тому в объективизме авторской позиции. Но, как мы лицезрели, объективизм этот не Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава натуралистического происхождения.

Романы Боборыкина — типичная хроника российской жизни. Совместно с тем нельзя забывать о том, что факты этой хроники всегда сгруппированы вокруг общественно-политических мыслях, общепризнанных создателем более показательными для данного исторического момента. Ведущей в «Китай-городе» стала идея о роли дворянства в эру бурного пришествия «чумазого». В романе «На Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава ущербе» (1890) Боборыкина интересует вопрос о упадке мыслях как соответствующей черте 80-х гг. Карьеристы, ренегаты, конъюктурщики, пессимисты, откровенные прожигатели жизни, декаденты — все эти показательные для воспроизводимого времени герои противопоставлены «запоздалому народнику» Кустареву, выглядевшему, но, со всеми своими незапятнанными побуждениями и рвениями забавным. Жизнь пошла «на ущерб» — такой основной вывод Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава Боборыкина. «Роман увлекателен, — писала В. Засулич, — как иллюстрация к тому представлению о данном моменте, которое составилось у нас по другим источникам».[125]

Но роман «На ущербе» увлекателен не только лишь как хроника духовной жизни интеллигенции. Боясь односторонности, Боборыкин стремился выявлять и положительные тенденции в развитии российской жизни. «Я всегда гласил Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава и повторяю, — писал он о Чехове, — что он не вобрал в себя того ценного, двигательного, что было в российской жизни его полосы, т. е. от 80-х гг. до начала века. Ведь мы с ним писали в одно и то же время. Почему я смог отыскать живой материал для таких огромных Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава полотен, как „Китай-город“, „Из новых“, „На вреде“, „Ходок“, „Княгиня“, „Куда итти“, „Тяга“ и т. д.?».[126] Это ценное и «двигательное», этот «живой материал» Боборыкин находил сначала в среде буржуазии и интеллигенции, понимающей роль капитализма. Более известным и даже программным произведением на данную тему стал роман «Василий Теркин» (1892).

Кровными узами Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава связанный с народом (он воспитывался как приемный отпрыск в фермерской семье), испытавший тяготы и несправедливости жизни, герой этого романа стремится стать «одним из основных воротил Поволжья»[127] не только лишь с целью личного обогащения, да и для того, чтоб взяться «за всенародное дело» — борьбу с обмелением Волги, с Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава ее перекатами.

Таким макаром, Боборыкин ставит впереди себя задачку показать прогрессивное значение российской буржуазии. Теркин достигает собственных целей при помощи не полностью добросовестных махинаций и, хотя страдает раздвоением, стремясь примирить внутри себя хищника и добросовестного человека, непреклонно достигает собственных целей — богатеет, становится судовладельцем и пайщиком пароходного приятельства, устанавливает Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава торговые связи с купеческой Москвой и Персией, а потом исполняется и основная мечта его жизни. Он покупает на имя компании имение, которое скоро должно будет стать его собственностью, и женится на простодушной и очаровательной дворянской дочери. Ему «приятно стать на место неискусных, выродившихся вотчинников»[128] и выполнить свою идею: имение должно Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава стать центром по сохранению приволжских лесов.

«Василий Теркин» — роман о мыслящем негоцианте, «который начинает сознавать свою силу»,[129] способен «думать обширнее, чем требуют узко личные его интересы», это один из числа тех негоциантов, который был уже «политически наточен» и ощущал «значение собственного класса».[130] Героя Боборыкина Горьковатый считал предшественником собственного Якова Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава Маякина («Фома Гордеев»).

Новый роман из жизни буржуазии «Перевал» (1894) почти во всем уточняет и дополняет общую позицию Боборыкина. Главный герой его, Юрий Лыжин, — дворянин, убивший 20 лет на поиски настоящей идеи, разуверившийся в эталонах 60–70-х гг. и испытавший на для себя давление «ущербного» времени. «Прямо мириться с тем, что принесли с собою Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава последние годы, он не вожделеет, но не может и сам как и раньше уходить в твердыню принципов и упований, в каких изверился»,[131] — гласит о собственном герое создатель. Решающую роль в обретении Лыжиным настоящего пути играет «амбарный Сократ» Кострицын, находящийся на верхушке современной образованности и пришедший к Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава ницшеанскому культу личности. Он служит у Кумачева, «нового человека», европейски образованного фабриканта и кандидата прав, женатого на княжне старого рода. В очах Кострицына Кумачев — «показатель новейшей фазы публичного роста», сам же он ощущает себя «представителем интересов городка, ну и обычного народа».[132] Кострицын сводит Лыжина с Кумачевым, который предлагает ему должность Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава «обер-контролера» 2-ух его мануфактур и лесных угодий. Прошлый народолюбец должен стать сейчас «посредником меж капиталом и трудом», потому что Кумачев желает иметь контроль «столько же в интересах хозяйской экономии, сколько в интересах трудовой массы».[133] И равномерно полинявший народник убеждается в том, что противоречия меж трудом и капиталом Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава преодолимы. Культуртрегер Кумачев смог организовать дело так, что и цены в его фабричных лавках самые низкие, и пекарни примерные, и рабочие отлично одеты, и живут отлично; «грамотного народа, в молодежи, уже большущее большинство», есть школа, отличные учителя, библиотека. «И люд, и предприниматели, весь этот Китай-город, ряды, амбары, банки и Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава склады, даже гешефтмахерство, проявляют жизнь, и чтоб ее сделать лучше, нужно считаться с ней искусно и уважительно, а не уничтожать, не подрывать, не умничать, не ставить поверх всего свое книжное резонерство».[134] Это и есть разыскиваемый эталон, который, но, «не вполне» осуществляется на самом деле: Кумачев держится «охранительно-патриотических начал», «как Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава представитель капитала он очень широких взглядов на положение и даже права рабочих — лишь бы они не беспокоились с политическим оттенком».[135] В один прекрасный момент такое волнение имело место, и в капиталисте взял верх владелец. Оба интеллигента покидают Кумачева, разуверившись в нем, но сама мысль мирного разрешения соц противоречий Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава и способности законного полезного служения народу не теряет для их собственной привлекательности. Роман кончается описанием деятельности интеллигенции во время голода в одной из глухих провинций. Герои «Перевала» организуют столовые, оказывают мед помощь, собирают средства — и это дело соединяет воединыжды всех, кто спорил на страничках романа о судьбах Рф: ретроградов и прогрессистов Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, ницшеанцев и народников, толстовцев и гегельянцев, земских начальников, помещиков, арендаторов, предводителей дворянства и т. д.

Романы Боборыкина запечатлели картины жизни российской буржуазии 2-ой половины XIX в. и отразили пестроту идеологических споров этой эры. Но писатель все таки не был полностью нейтрален в проигрывании этих картин. Отрицая Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава идеи революционеров 60–70-х гг., он невольно пришел к идеям позднего народничества и в этом сблизился с литературным движением собственного времени.

В «Перевале» Боборыкин выступает приверженцем тех «малых дел», которые имели настолько обширное распространение в жизни и в литературе. Это была программка, к которой писатель склонялся в протяжении всего собственного Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава творческого пути. Она составляла центр романа «Солидные добродетели» (1870), к ней приходят герои романа «На ущербе». Создатель выражает очевидное сострадание его героине, которая желает организовать лечебницу для рабочих и вылечивает крестьянских малышей, и герою-народнику, предпринявшему неудачную попытку сделать ссудосберегательное приятельство. И народник соображает в конце концов: «Надо оставаться самим собою, и Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава быть всегда наготове, и делать то, что можно в данную минуту».[136] Подобные же мотивы найдем в романах «Из новых» (1887) и «Василий Теркин». Та же приверженность идеям либерального народничества вызвала к жизни роман «По-другому» (1897), в каком умеренный народник становится оппонентом российских марксистов, людей, по воле создателя, аморальных Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава и глупо последующих своим неверным идеям. Боборыкин вновь выступает приверженцем «культурного» капитализма.

На ту же тему написан роман «Тяга» (1898), значение которого, но, не ограничено изображением споров марксистов и народников. «Тяга» — роман из жизни рабочих и о мятеже их против ужасающих критерий жизни. Обратившись в конце века к этой дилемме, Боборыкин Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава снова показал характерную ему чуткость к новым тенденциям времени.

Боборыкин — не единственный писатель, творчество которого соотносят с натурализмом. К числу писателей-натуралистов приравнивают и Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка (1852–1912), 1-го из значительнейших представителей общественного российского романа. Да и генезис романов Мамина-Сибиряка не всходит к натуралистической программке Золя.

Мамин-Сибиряк Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава не явился открывателем рабочей темы в родной литературе. Романы Решетникова о горнозаводском Урале, о неудачах, нужде и беспросветном быте рабочих, об их поисках наилучшей жизни были тем фундаментом, на котором появились и «горнозаводские» романы Мамина («Приваловские миллионы», 1883; «Горное гнездо», 1884; «Три конца», 1890), и романы, в каких действие развивается на золотых Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава приисках Урала («Дикое счастье», 1884; «Золото», 1892). Для Решетникова основная неувязка сводилась к изображению всей «трезвой правды» о рабочем люде. Мамин-Сибиряк, воспроизводя эту правду, помещает в центре собственных романов некоторый соц механизм (завод, прииск). Анализ такового механизма и капиталистических отношений, сложившихся и развивающихся в нем, является главной задачей создателя. Этот принцип изображения Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава частично припоминает некие романы Золя («Чрево Парижа», «Дамское счастье»). Но сходство тут чисто наружное. В романах Мамина-Сибиряка социальные вопросы заслоняют препядствия био, а критика капиталистических отношений и крепостнических пережитков приводит к мысли о насущной потребности переустройства жизни, что противоречит принципам жесткого детерминизма, принятым в эстетике французских натуралистов Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава как незыблемый постулат. И пафос, и критика, и акцентированная социальность — все это крепко связывает творчество «певца Урала» с традициями российской революционно-демократической литературы.

Мамин-Сибиряк не избежал воздействия народничества (свидетельство тому роман «Хлеб», 1895). Но анализ фактов самой реальности равномерно уверял писателя, что капитализм — явление закономерное и уже Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава утвердившееся в российской жизни, и поэтому его романы противостоят народническим идеям. Полемика с народническими концепциями органически врубается в романы «Приваловские миллионы», «Три конца» и другие произведения. Главное, но, в их не полемика, а постижение сложных социально-экономических вопросов, связанных с неувязкой современного развития Рф.

Сергей Привалов, главный герой «Приваловских Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава миллионов», «не любит промышленного дела и считает его искусственно сделанной отраслью промышленности».[137] Привалов грезит о рациональной организации хлебной торговли, которая оказалась бы полезной и фермерской общине и рабочему люду, но его начинание терпит крах, потому что оказывается в кругу все тех же беспощадных капиталистических отношений. Изображение борьбы за приваловские миллионы дает возможность Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава ввести в роман огромное количество лиц, воплотивших внутри себя различные черты стремительно капитализирующейся жизни. Типичным ориентиром в этом сложном мире человеческих страстей, тщеславия и противоречивых побуждений служат бессчетные публицистические отступления и исторические экскурсы, характеризующие жизнь Урала.

В следующих романах писателя акцент равномерно переносится на изображение жизни народа. В «Горном Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава гнезде» главным становится вопрос о несовместимости интересов капиталистов и рабочих, а в «уральской летописи», романе «Три конца», он получает свое наибольшее выражение. Роман этот увлекателен как попытка Мамина-Сибиряка сделать современный «народный роман». В 80-е гг. такую же попытку предпринял Эртель, воссоздавший широкую картину народной жизни юга Рф Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава («Гарденины»). Оба писателя стремятся сказать об итогах пореформенного развития страны и, воссоздавая историю собственного края, стараются выудить в типичном народном быте определенного района те закономерности исторического процесса, которые свойственны для Рф в целом. В романе Мамина-Сибиряка сменяют друг дружку три поколения, судьба, мысли и настроения которых воплощают Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава переход от Рф крепостнической к Рф капиталистической. Писатель гласит и о разночинной интеллигенции, и о стачках, в каких выражен стихийный протест против бесправия и эксплуатации. «Кто желает узнать историю имеющихся отношений на Урале 2-ух классов, — писала в 1912 г. большевистская «Правда», — горнозаводского рабочего населения и хищников Урала, посессионеров и других Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава, — тот отыщет в сочинениях Мамина-Сибиряка колоритную иллюстрацию к сухим страничкам истории».[138]

Собственной общей тенденцией романы Мамина-Сибиряка противостоят романам Боборыкина. Его творчество развивалось в общем русле демократической литературы 2-ой половины XIX в.: оно восприняло ее критичный пафос и рвение к преображению жизни. Концепция натурализма не отыскала собственного последователя Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава в лице Мамина-Сибиряка.

В то же время нельзя, естественно, считать, что знакомство с теорией и творчеством Золя и его последователей прошло безо всяких следов для российской литературы. В статьях, письмах, зафиксированных мемуаристами высказываниях наикрупнейшие литераторы в той либо другой мере откликнулись на выдвинутые Золя положения, которые непременно Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава оказали на их творческое воздействие. Юное поколение писателей решительно выступило за расширение проблематики литературы. Вся жизнь с ее светлыми и темными сторонами должна была врубаться в поле зрения пишущего. Очень характерен ответ Чехова 1886 г. на письмо, читательницы, сетующей на «грязь обстановки» в рассказе «Тина» и на то, что создатель не Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава отыскал, не извлек «жемчужного зерна» из привлекшей его внимание навозной кучи.

Чехов ответил: «Художественная литература поэтому и именуется художественной, что отрисовывают жизнь такою, какова она есть по сути. Ее предназначение — правда бесспорная и добросовестная. Суживать ее функции такою специальностью, как добывание „зернышек“, так же для нее смертельно, как если б Вы Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава принудили Левитана отрисовывать дерево, приказав ему не трогать грязной коры и пожелтевшей листвы Для химиков на земле нет ничего нечистого. Литератор должен быть так же беспристрастен, как химик; он должен отрешиться от прозаической субъективности и знать, что навозные кучи в пейзаже играют очень почтенную роль, а Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава злые страсти так же присущи жизни, как и добрые».[139]

Чехов гласит о праве писателя изображать черные и грязные стороны жизни; это право напористо отстаивалось беллетристами 80-х гг. На это направил внимание Р. Дистерло, который, характеризуя основную тенденцию творчества представителей нового литературного поколения, писал, что они стремятся отрисовывать реальность, «как Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава она есть, в том виде, как она проявляется в определенном человеке и в определенных случаях жизни».[140] Критик соотносил такую тенденцию с натурализмом Золя.

Беллетристы вправду обратились к таким темам и сюжетам, к тем сторонам жизни, которых ранее не касалась либо практически не касалась российская литература. При всем этом некие Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава писатели увлеклись проигрыванием «изнанки жизни», ее чисто интимных сторон, и конкретно это послужило основанием для сближения их с писателями-натуралистами. Дистерло оговаривался в собственном отзыве, что «сходство это чисто внешнее»,[141] другие критики были более категоричны в собственных суждениях и гласили о возникновении российских натуралистов. В большинстве случаев подобные суждения Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава относились к произведениям определенного рода — к романам типа «Краденое счастье» (1881) Вас. И. Немировича-Данченко либо «Содом» (1880) Н. Морского (Н. К. Лебедева). В статье «О порнографии» Михайловский рассматривал оба эти романа как рабское подражание Золя, как произведения, потакающие низким вкусам мещанства.[142] Но романы Морского и Немировича-Данченко к натурализму как литературному течению Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава дела не имеют и могут быть названы натуралистическими только в самом обыденном, вульгарном смысле этого слова. Это натурализм особенных сцен и ситуаций, в каких и заключен основной смысл изображаемого.

Посреди создателей, уделивших огромное внимание «жизни плоти», оказались и не лишенные таланта писатели. В связи с этим критика заговорила Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава о «нравственном индифферентизме», возникшем на почве «утонченно-развращенных ощущений», как о соответствующей черте эры безвременья.[143] С. А. Венгеров, которому принадлежат эти слова, имел в виду творчество И. Ясинского и В. Бибикова. Роман последнего «Чистая любовь» (1887) более увлекателен в этом смысле.

По теме он близок гаршинскому «Происшествию»: провинциальная кокотка Мария Ивановна Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава Виленская, основная героиня романа, сама устанавливает свое духовное родство с героиней Гаршина, но родство это чисто наружное. Роман Бибикова лишен того острого протеста против публичного строя, который составляет базу «Происшествия». Судьба Виленской изображена создателем как итог стечения особенных событий и воспитания. Отец не интересовался дочерью, а гувернантка из Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава парижских певичек пробудила в юный девице больные чувства; она втюрилась в ассистента бухгалтера Милевского, который совратил ее и бросил, а отец — изгнал из дома. У героини Бибикова появилось много богатых и очаровательных покровителей, но она грезит о незапятанной любви. Ей не удается отыскать ее, и она кончает жизнь самоубийством.

Бибикова Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава не заинтересовывают моральные препядствия, обычно связанные с темой «падения» в российской литературе. Его герои — люди, влекомые естественным природным чувством, а поэтому, по мысли создателя, не могут быть ни осуждены, ни оправданы. Желание полов, разврат и любовь могут быть и «чистыми», и «грязными», да и в том, и в Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава другом случае они для него нравственны.

«Чистая любовь» не случаем была посвящена Ясинскому, который также дал дань схожим взорам. Ясинский тоже изучит любовь и страсть как естественные природные влечения, не отягощенные «моральным грузом», его бессчетные романы нередко построены конкретно на этом мотиве.

Бибикова и Ясинского можно считать конкретными предшественниками декадентской литературы Максим Горький. Социалистический реализм 5 глава начала XX в. Искусство, по их понятиям, должно быть свободно от всех «тенденциозных» вопросов; оба объявили культ красы как культ чувства, свободного от обычных нравственных «условностей».


makro-i-mikrosocialnij-determinizm.html
makroekonomicheskaya-nestabilnost-cikli-i-krizisi-bezrabotica-inflyaciya.html
makroekonomicheskaya-politika-pri-fiksirovannom-valyutnom-kurse.html